Да, я самый страшный маньяк в этом районе. Мелькор, нет!
А что, в прогулках по опустевшим, - вымершим, - улицам что-то есть. Ветер завывает как осатаневший, в промерзшем гулком воздухе четко слышно шорох каждого гонимого сухого листочка.
Правда, для этого удовольствия нужно было увеличить среднюю скорость бега вниз по лестницам и чутко прислушиваться к шуму надвигающегося последнего поезда в метро.
Снова "Белорусская". Час ночи семнадцать минут. Я везучий сукин сын. Мне не пришлось ночевать под кустом или на ядрено-салатовом диване под осоловелыми взглядами бурятов-уборщиков режимного объекта. Аэропорт хорош днем. А ночью... Ночью я самый страшный маньяк в этом районе. И даже жухлая листва летает как-то смущенно и тихо.